поиск:
RELIGARE - РЕЛИГИЯ и СМИ
  разделы
Главное
Материалы
Новости
Мониторинг СМИ
Документы
Сюжеты
Фотогалереи
Персоналии
Авторы
Книги
  рассылка

19 сентября 2021 :: Александр Щипков

Белоруссия: религия и революционность

Вселенское Православие вообще и Русская Православная Церковь в частности испытывают сегодня жёсткое давление со стороны секулярного мира с его бесконечными политическими и экономическими конфликтами.

Так, в ходе недавних белорусских событий можно проследить ясную взаимосвязь между чисто политическими инициативами пропольской оппозиции и предпринятыми атаками на единство нашей Церкви. И хотя сегодня можно констатировать, что антинациональный тренд потерпел в Белоруссии поражение, вполне очевидно, что давление на Церковь будет продолжаться, причем желанными для антинациональных сил являются идеи церковного раскола, "национальной автокефалии" и усиления католического влияния. Причем последнее тесно связано именно с польской проблемой, поскольку крайне политизированное польское католичество является, по мнению многих наблюдателей, своего рода "католичеством в католичестве", что всё больше беспокоит Ватикан.

Церковь интересует антинациональную белорусскую оппозицию исключительно как инструмент политики. Ярким примером политизации церковно-религиозной сферы во время недавних белорусских событий является деятельность бывшего Гродненского архиепископа Артемия (Кищенко), ныне пребывающего на покое. Это яркий сторонник оппозиционного политического направления и радикального национализма, фигура достаточно заметная в политических кругах Белоруссии. Некоторые эксперты считают, что ставленник внешних политических сил Светлана Тихановская лоббирует арх. Артемия как оптимальную фигуру, способную создать и возглавить религиозную структуру, альтернативную Белорусской Православной Церкви Московского Патриархата.

Так это или не так – покажет время. Нас же интересует феномен арх. Артемия с идеологической точки зрения. Кищенко многократно публично озвучивал продуманную политическую идеологию во время своих проповедей в кафедральном соборе Гродненской епархии. Его проповеди де-факто стали политическими выступлениями, благодаря которым Гродненская кафедра приобрела неформальный статус трибуны белорусско-польской несистемной оппозиции. В отличие от польских католиков для православных белорусов подобная политизация храма – явление новое и даже экзотическое. В связи с усилением давления и вмешательства в церковную жизнь со стороны проводников польского, литовского и американского влияния, которые, опираясь на оппозицию, подвергают атакам белорусское государство, явление это требует внимательного рассмотрения.

Попробуем собрать воедино и проанализировать тезисы многочисленных выступлений арх. Артемия (Кищенко). Главный мотив – "нелегитимное насилие" власти и органов правопорядка, применяемое в ответ на противоправные действия оппозиции, оспаривающей "фальсификацию выборов". По мнению архиепископа, противодействие власти уличным беспорядкам как бы отменяет формальную законность и обязует священников поддержать протестующих в силу морального закона в обход закона юридического. Знакомая логика "революционной законности".

Священники, до сих пор признававшие "законы кесаря", наделяются правом мгновенно отказываться от них в момент политического кризиса к явной выгоде одной из сторон. После революционной смены власти священникам будет предложено вернуться к первоначальной логике, признающей легитимность власти уже нового "кесаря". Такое жонглирование моральными и юридическими компетенциями синхронно со сменой власти выглядит неубедительно и вызывает у паствы многочисленные вопросы.

Мы наблюдаем попытку конвертировать программные политические установки либеральной оппозиции в нравственную и религиозную плоскость, причем сделать это любой ценой. Например, вопреки тому, что гражданско-правозащитный дискурс как в силу своего происхождения (правовые кодексы языческого Рима), так и в силу нынешней коммерциализации и профессионализации протестных технологий, крайне далек от евангельского этоса.

С точки зрения арх. Артемия, в ходе противостояния оппозиции с властью имело место попрание "правды и истины" Христовой. При этом под "истиной" подразумевается не сам Христос и Его Жертва, как принято в христианстве, но "демократические процедуры" в их либеральном понимании.

Владыка Артемий рассуждает о пагубности политического "нейтралитета" архиереев. По его мнению, чтобы сохранить верность Христу, нужно защищать "правду и свободу", политические ценности. В соответствии с данной логикой настоящие христиане – это представители гражданского общества (ядро протестов), а власть – это зло, стремящееся уничтожить христианство. Кто борется с властью, тот спасает душу. Обратите внимание, как аккуратно происходит подмена – богословие включается в политическую дискурсивную среду, а учение Церкви подменяется политическим учением. Религия сливается с политикой, и политическое поведение начинает оцениваться как религиозное.

В рамках анализа либерал-православной политологии, которой придерживается архиепископ Артемий (Кищенко), стоит обратить внимание на саму идею революционности как подмену категории богоизбранности, характерную для либерального политического богословия в целом. Это одна из ниточек, которые приведут нас к пониманию квазирелигиозного характера либеральной секуляризации и политизации священства.

Разумеется, формируемая сторонниками арх. Артемия идеологическая конструкция имеет не христианское, а языческое происхождение, к которому отсылает уже сама практика революционных жертвоприношений, кто бы ни был их исполнителем. Не менее важно и то, что сама либеральная трактовка прав и свобод, которую Церкви предлагают принять и переписать языком библейских категорий и символов, имеет не библейское, но древнеримское происхождение. Связано это не только с тем, что секулярное право восходит к античным кодексам, но и с принципиально разным целеполаганием христианского и нехристианского сознания.

Языческая трактовка свободы – это идея рационализации и легитимизации насилия, которое неизбежно, так как является платой за расширение "цивилизации" и ее гражданского "космоса". Это не исключает козла отпущения, который приносится в жертву развитию и прогрессу, будь то рабы, варвары, колонизируемые или "политически незрелое" социальное белорусское большинство, мешающее "активному гражданскому меньшинству" (пропольскому и пролитовскому, заметим в скобках). Иными словами, языческий ритуальный комплекс никуда не исчезает, он лишь встраивается в секулярно-либеральную концепцию свободы.

Христианская экклесия – это та модель социума, в которой, стремясь к обожению, приносят в жертву себя ради ближнего, а не ближнего в угоду своим интересам. Именно это отличие не позволяет священнику переводить политические конфликты в религиозную плоскость посредством категории внеморальной свободы. Христианская свобода – это свобода выбора между добром и злом, а не выбора своих интересов в ущерб интересам "политически незрелого населения". Таково глубинное различие двух культурно-исторических и религиозных парадигм.

Революционный проект всегда включает элементы шоу. Требование "отдайте улицу оппозиции" должно подкрепляться наличием своих "мучеников", пусть даже и выдуманных. Это закон жанра. И именно Церковь, по замыслу лидеров оппозиции, должна засвидетельствовать "подлинность", "неподдельность" политических жертв. Без некой религиозной санкции "мученичество" так и останется рутинной политической метафорой, не приобретет сакрального смысла, легитимирующего революцию. Эта санкция необходима для того, чтобы затушевать внешнее вмешательство в дела суверенного государства, достовернее представить госпереворот как внутренний гражданский конфликт и противостояние народа с властью. Именно для этого архиепископ Артемий и его политические проповеди нужны оппозиции.

Отдельного упоминания достойна политизация католического фактора в белорусской политике, на которой часто делал акцент бывший Гродненский архиерей. Кищенко утверждает: если Церковь не поддерживает митинги и задержанных по политическим мотивам, то она теряет паству, которая уходит к "более честным" католикам. Таким образом, количество прихожан Церкви ставится в прямую зависимость от ее политической позиции, а вопрос конфессиональной принадлежности предлагается решать на площадях. Католики ставятся в пример православным, а центром христианской жизни в Белоруссии устами православного епископа провозглашается католичество, которое сами белорусы иронично называют – "польская вера". Конфессиональность становится синонимом политических взглядов. Аналогичным образом поступали деятели Французской революции, когда вводили "гражданскую презумпцию" религиозной принадлежности: каждый француз обязательно католик и республиканец. Христа они называли "добрым санкюлотом", а Троицу – "Верховным Существом".

Обобщая услышанное и увиденное, неизбежно приходишь к выводу о том, что идея политического богословия у арх. Артемия (Кищенко) и близких ему по взглядам политических деятелей имеет две взаимосвязанные цели. Во-первых, поместить Церковь в рамки секулярного политического спектра и заставить ее занять крайне либеральную позицию в этом спектре. Во-вторых, секуляризировать Церковь изнутри, присвоив современному богословскому дискурсу секулярные политические категории.

Следует отметить, что мотив переноса религиозных процедур на поле политики уже звучал в "богословии майдана" на Украине. Можно констатировать, что при таком подходе православная экклесиология трансформируется по протестантской модели.

Может ли Церковь влиять на политические процессы? Может, если подходит к ним с евангельскими и святоотеческими критериями. Следует отличать этот подход от подхода Кищенко, то есть следует рассматривать политику в контексте теологии, а не теологию в контексте политики. У арх. Артемия и его последователей политическая теология превращается в свою противоположность – теологизированную политологию, которая смыкается со взглядами ультраправых сил. Так формируется религиозно-идеологический гибрид – секуляристская ересь, обнаруживающая симптомы духовного пленения некоторой части священства. И не только белорусского.

Источник: Парламентская газета

ЩИПКОВ
ЛЕКТОРИЙ «КРАПИВЕНСКИЙ, 4»
НОВОСТИ

22.10.2021

В РАН вручили премии памяти митрополита Макария

Консерватизм Путина ориентирован на народ и нравственную норму, считают в РПЦ

21.10.2021

Панельная дискуссия "Действия Фанара на Украине: отражение в медиапространстве" прошла в рамках фестиваля "Вера и слово"

Путин просит западную цивилизацию "в наш дом особенно не лезть"

Состоялась онлайн-встреча Святейшего Патриарха Кирилла с делегатами IX фестиваля "Вера и слово"

20.10.2021

Состоялась встреча участников фестиваля "Вера и слово" с первым заместителем председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ А.В. Щипковым

В РПЦ раскритиковали идею трансгуманизма

19.10.2021

Состоялась торжественная церемония открытия IX Международного фестиваля "Вера и слово"

/ все новости /
РУССКАЯ ЭКСПЕРТНАЯ ШКОЛА
КНИГА
МОНИТОРИНГ СМИ

13.10.2021

Независимая газета:
Андрей Мартынов
Кризис, новинки и репринты
Духовная и религиоведческая литература на Московской международной книжной ярмарке

27.08.2021

Официальный сайт Московского Патриархата:
Митрополит Бориспольский и Броварской Антоний
Митрополит Бориспольский и Броварской Антоний: Соборный разум Церкви должен дать оценку действиям Патриарха Варфоломея

25.08.2021

Независимая газета:
Роман Багдасаров
Служил ли Богу Мамонов
Проповедник православия как сценический образ

14.08.2021

Русская народная линия:
Заочный спор о русских
Александр Щипков раскритиковал предложение епископа Саввы (Тутунова) учредить должность уполномоченного при Президенте по правам русских

28.07.2021

Фонд стратегической культуры:
Дмитрий Седов
Как жить во время зоологического глобализма?
О том, как русские закоптили планету, и не только об этом

/ весь мониторинг /
УНИВЕРСИТЕТ
Российский Православный Университет
РЕКЛАМА
Цитирование и перепечатка приветствуются
при гиперссылке на интернет-журнал "РЕЛИГИЯ и СМИ" (www.religare.ru).
Отправить нам сообщение можно через форму обратной связи

Яндекс цитирования
контакты